Зефрина Фрей, хроникер из Вэйреста

Теперь я хочу уделить несколько страниц описанию грандиозных перспектив Ротгара и всего народа орков, какими они представляются королю Курогу. Я знаю, как его план развивался в течение многих лет, превращаясь из туманной мечты в ключевую идею, а затем в стратегию, которая теперь определяет восстановление Орсиниума.

Во время одной из наших первых встреч Курог выпил невероятное количество двойного рома из лунного сахара. От этого он одновременно погрузился в себя и сделался чрезвычайно разговорчив. С помощью пары улыбок, смешков в нужный момент и нескольких комплиментов или вопросов я смогла добиться того, чтобы Курог о многом мне рассказал. Однако ближе к ночи он начал рассказывать мне о том, каким он видит будущее орсимеров — так он называет народ, который мы зовем орками.

«Крепости, — сказал Курог, — верой и правдой служили орсимерам на протяжении многих поколений. Хотя наши традиции помогают нам и указывают нам путь, но они же и тянут нас назад. Они затягивают нас в болото устаревших понятий и бессмысленных ограничений». Это, разумеется, не весь его рассказ. Он также говорил, что понимает необходимость насилия и сам чрезвычайно хорош в этом деле, однако в то же время ему ненавистно то, что в крепостях все решается избиениями или убийствами. «Очень трудно обсуждать что-то важное цивилизованно, — сокрушался он, — рано или поздно кто-нибудь да схватит что-нибудь тяжелое или острое, чтобы придать своей точке зрения убедительности. Нужно что-то менять».

В следующий раз эта тема всплыла, когда мы пили паточный чай и смотрели, как над Тенмарским лесом садится солнце. Видно было, что Курог много размышлял над этим вопросом с тех пор, как мы обсуждали его в последний раз. Теперь он хотел не только улучшить качество жизни орсимеров, но и укрепить авторитет своего народа среди других рас. «Пока мы остаемся в ловушке своих старых традиций, другие королевства не будут воспринимать нас всерьез, — сказал он, и в его голосе звучала горечь. — Чтобы занять свое место рядом с другими расами, мы должны создать современное общество. Нам нужно построить орсимерские города и поселки, которые смогут поддерживать дипломатию и торговлю и не будут выглядеть как древние и отсталые крепости. Если вас немного побаиваются, это даже хорошо. Я считаю, что страх чрезвычайно полезен при переговорах. Но поведение и манеры, которые вызывают ужас? Такое лучше оставить для врагов и не демонстрировать постоянно, одинаково устрашая и друзей, и недругов».

Шел мой последний день в Эльсвейре. Я готовилась вернуться в Вэйрест после своего, как я считала, последнего продолжительного пребывания в каджитской деревне, когда Курог пригласил меня присоединиться к нему за ужином. Он заказал отдельную комнату в местной таверне и заплатил повару, чтобы тот приготовил прощальный ужин для нас двоих. Пока мы жевали вяленое сладкое мясо и карамельные пирожные, Курог продолжил свой рассказ о том, как он вернется домой и поможет своему народу. «Я собираюсь вернуть нашу былую славу. Может быть, восстановлю древнее орсимерское королевство Яшнага в Фолкрите или даже отстрою из руин сам Орсиниум».

Мечта Курога стала его целью, вызовом, который он бросил сам себе, чтобы испытать свой характер и силу духа. Первым делом Курог вернется в Ротгар, чтобы вырвать титул вождя своего клана у «наглеца, который недостоин блистать клыками молодого орка» (это его слова, не мои). Затем он соберет под свои знамена других вождей кланов, формируя национальную общность из независимых политических единиц, достаточно большую и могущественную, чтобы на ее базе создать королевство орков — государство, которое будет считать Курога своим королем. «Передай Эмерику, что в следующий раз мы встретимся либо на равных, либо врагами! — сказал Курог. — При моем правлении орсимеры получат те же права и возможности, что и жители Вэйреста или Виндхельма. Старые пути забудутся, и для народа орсимеров наступит новая эра. Я клянусь в этом!»

Не стану отрицать, слова Курога и его страсть тронули меня. Мне хотелось верить, что он добьется успеха, что при его милосердном правлении орки будут процветать. Я никогда не забуду его рассказ. Позже, когда король Эмерик будет отчаянно нуждаться в союзниках, я вспомню про Курога и шепну об этом королю. Вот так и создаются союзы.